Рутченково поле – расстрельный полигон НКВД в Донецке

Рутченково поле (названное так в честь юзовских «олигархов» – дворянского рода Рутченко, владевшего землями, заводами и шахтами на территории современного Донецка), место массовых захоронений жертв политических репрессий 1930-40-х годов. Располагается в Кировском районе Донецка в двух шагах от микрорайона Текстильщик и посёлка шахты №19. Это уютный зелёный парк, где удобно гулять с детьми, жарить шашлыки, дышать свежим воздухом.

Историческая справка
В Донецкой области советская власть репрессировала больше 50 тысяч жителей. 2 июля 1937 года Политбюро выдало решение от об антисоветских элементах, в связи с которым были созданы так называемые «тройки». 4 июля НКВД отправляет телеграммы на места: «Взять на учет контрреволюционные элементы». А 30 июля 1937 года — оперативный приказ по СССР № 00447 (первые два ноля означали «совершенно секретно»): 268 950 человек внесены в план репрессий. Подлежащих репрессиям разделили на две категории: активных антисоветчиков и умеренных. В качестве первых по всей территории СССР следовало расстрелять 75 тысяч 950 человек, а по Украине — 8 тысяч. Конкретно по Донецкой области надлежало истребить 1 тысячу граждан и еще 3 тысячи «менее отъявленных врагов» сослать на 10 лет каторги. И это план зачистки ВСЕГО НА ТРИ МЕСЯЦА и всего по одному из секретных приказов того периода. А были же еще греческая операция, немецкая, на которые издавались отдельные приказы.

— У них существовали тематические отделы, которые устраивали между собой соцсоревнования. Выдвигались встречные планы. Цвела рекордомания! — рассказывает доктор наук, профессор кафедры истории Украины Донецкого национального университета Владимир Никольский.
Видно, не случайно наш город носил имя вождя — из Сталино в центр телеграфировали: «Просим увеличить лимит!» Это означало: позвольте расстрелять больше.
— Руководитель массовой операции Л. Бельский лично прибыл в Сталино — увеличить лимит было в его власти. — продолжает свой рассказ В. Никольский. — И в 1938 году лимит для Сталинской области увеличили еще на 4 тысячи для расстрельной категории.
Если по первоначальному плану Донбасс отставал от Харьковской и Киевской областей, то в итоге пострадал больше, чем какой либо из регионов Украины. За время операции, которая продолжалась с сентября 37-го до конца июня 38-го в Донецкой области казнили, как считает профессор Никольский, 12 с лишним тысяч граждан. Надо уточнить, что до июля 1938 года в Донбассе существовала одна Донецкая область, а в июле нас разделили на Сталинскую и Ворошиловградскую.

Рутченково поле - расстрельный полигон НКВД в Донецке

В Донецке пытали в консерватории, судили в гормилиции, расстреливали там, где «Сокол». На улице Артема между банком и Дворцом пионеров со стороны двора стояли старые деревянные сараи. Там невинно осужденных расстреливали, а потом ночью трупы вытаскивали, клали в машину, и вывозили в Ясиноватский лес или на Рутченково, где бросали в общую яму. В иные «особо урожайные» сутки 1937 г. количество жертв доходило до трех сотен. Чтобы ускорить работу, в упомянутых сараях расстреливали из пулеметов

Раскопки
Когда на волне перестройки и гласности в конце 80-х стали доступны закрытые архивы, члены донецких правозащитных организаций отправили запросы в различные инстанции, в том числе и в КГБ, о возможном наличии массового захоронения жертв политических репрессий в районе Рутченкова поля. Инстанции либо отмолчались, либо отделались стандартными отписками об отсутствии информации.
Однако почему-то именно на этом месте вскоре началось строительство гаражного кооператива «Текстильщик». И вот тогда во время работ вдруг выявили массовые захоронения. Работы на время приостановили, а в июне-июле 1989 г. начались раскопки, в которых участвовали преподаватели и студенты исторического факультета Донецкого государственного университета, а также правозащитники.
По рассказам очевидцев, примерно с середины 30-х годов добротный трех-четырех метровый забор без щелей опоясывал часть Рутченковского поля в форме прямоугольника в районе 11-го поселка. Кроме забора это место было окружено колючей проволокой. Над спецтерриторией возвышалась деревянная вышка с автоматчиком, по ночам секретный объект охранялся сторожем с собаками.
В народе говорят: где люди закопаны, там лучше трава растет… 8-го апреля 1989 года, имея смутные представления о плане спецобъекта и его координатах, студенты-добровольцы и несколько правозащитников с лопатами пришли на это поле между кладбищем, гаражами и заводом.

Рутченково поле - расстрельный полигон НКВД в Донецке

— И буквально сразу под одним из гаражей мы нашли многочисленные костные останки. — рассказывает Дмитрий Вировец. — Прибывший на место следователь из Кировской прокуратуры, кажется Водопьянов, обронил в тот день фразу: «А может это кости собак?!».
Но уголовное дело по факту обнаружения «неизвестного» захоронения прокуратура Донецкой области все же возбудила — тогда же, в апреле 1989 года.
Власти старались не афишировать печальное открытие. А университетские кураторы, «чтобы снять политическую окраску», засчитали эту студенческую работу как «археологическую практику».
— Вполне возможно, что какое-то количество останков было незаконно эксгумировано и выброшено. — считает Дмитрий Вировец. — Это остается на совести тех кто это сделал. Извлеченные нами останки первое время тоже никак не охранялись, у некоторых расстрелянных имелись золотые коронки — возможно, было и мародерство. Дело в том, что территория массового захоронения охраняема и огорожена была разве что в сталинское время — проконтролировать какие еще незаконные действия там происходят, скажем, сейчас невозможно…
Эксгумация сопровождалась находками большого количества личных предметов от истлевших кошельков до зубных щеток.
— И многочисленные — пустые! — бутылки из-под спиртных напитков, в основном водки, погребенные вместе с телами жертв. Получается, палачи нуждались в этом допинге? — говорит Вировец.

Рутченково поле - расстрельный полигон НКВД в Донецке

Как известно уже теперь, каждый вечер «черный ворон» подвозил на Рутченково партии «врагов народа». Некоторых истребляли прямо в камерах ОМЗа (так называлась тюрьма — отдел местного заключения) и доставляли мертвыми. Но многих казнили именно здесь. Людей ставили на колени возле свежевырытых ям и стреляли в затылок. Чаще — из мелкокалиберных винтовок или револьверов. На территории «спецобъекта» были прорыты рвы — до 100 метров длиной, которые заполнялись телами.
Правозащитники называют разные цифры – от пяти до восьмидесяти тысяч человек. Много позже, уже во времена украинской независимости, бытовала справка, выданная СБУ, что на Рутченковом поле захоронено не менее 50 тысяч репрессированных.
По словам непосредственного участника раскопок, председателя Донецкой областной организации «Просвита» Марии Олийнык, обнаружено было десять рвов. Но раскопать успели только один: вмешались прокуратура и санстанция и свернули раскопки под предлогом карантина. Было открыто уголовное дело по факту захоронений жертв политических репрессий, но вскоре и его прикрыли.
Очевидцы рассказывали, что во время раскопок найденные скелеты грузили на машины и отвозили в неизвестном направлении.
К сожалению, сегодня информацию из первых рук получить очень сложно: так случилось, что практически все бывшие студенты-участники раскопок эмигрировали за границу.

Расстрелы раненых и учащихся ФЗУ
Во время раскопок 1989 г. среди тысяч погибших археологи нашли останки нескольких сотен людей, которые не подходили под описание жертв репрессий и тем более – Голодомора. Сначала их пытались выдать за репрессированных и умерших от голода в 30-е годы, однако вскоре выяснилось, что эти люди были убиты гораздо позже – в первые месяцы Великой Отечественной войны.

Рутченково поле - расстрельный полигон НКВД в Донецке

В раскопках нашли человеческие останки, а также перевязочные материалы, костыли, кислородные подушки, сумки, бинты со следами крови.
Тогда и была выдвинута версия: на Рутченковом поле хоронили раненых красноармейцев, умерших в госпитале на территории современной больницы №24 на проспекте Семашко. Опроверг эту версию страшный факт: все черепа имели пулевые отверстия в затылочной части. Очень похоже было на то, что расстреливали раненых, чтобы они не попали в плен.
Рядом со многими останками были найдены обычные личные вещи, что было совершенно не типично ни для захоронений жертв политических репрессий, ни для жертв Голодомора тем более: содержимое личных вещей говорило, что их владельцы, скорее, собирались в эвакуацию, чем на расстрел.
Вскоре последовало ещё одно страшное и странное открытие: среди погибших было много молодежи – это археологи смогли определить по состоянию зубов и особенностям скелета. Кроме того, были найдены ученические гимнастёрки – форма фабрично-заводского училища, в которых обычно учились подростки 15-16 лет. Учащиеся были детьми «врагов народа». Среди найденных личных вещей были бутылки из-под молока, зубные щётки, мыльницы. И практически ни одной бритвы.
По мнению доктора исторических наук В. Никольского, причиной расстрела подростков могло стать паникёрство начальства ФЗУ, когда училищу не выделили транспорт для эвакуации учеников. В те дни людей трудоспособного возраста с захваченных территорий – особенно подростков – немцы угоняли в Германию на принудительные работы. Директор элементарно испугался, что произойди такое – спросят с него. И предпочёл расстрелять учеников, чтобы спастись самому.

Рутченково поле - расстрельный полигон НКВД в Донецке

Информация о расстреле учащихся ФЗУ в коллаборационистской газете
Правдоподобность расстрелов
Этого, видимо, уже не скажет никто. Никаких документов в архивах о расстреле почти 500 раненых красноармейцев и подростков нет, поэтому вся информация основана только на свидетельствах очевидцев и участников раскопок. Однако в их пользу говорят и другие факты.
Имеются свидетельства, что нацисты в конце октября 1941 года, через несколько дней после вступления в Сталино, согнали местных жителей на Рутченково поле и приказали копать. Люди копали – и находили следы крови и красноармейские книжки. Это был огромный козырь для пропаганды немецкого порядка: «Посмотрите, здесь ваши расстреливали ваших – просто потому, что они слабые и не могут воевать».
Те, кто там был, те, кто это видел, впервые узнали о военном преступлении командиров Красной Армии, которое для всех остальных оставалось тайной ещё много-много лет.

Итог
7 июля 1989 года, вместо тщательного профессионального расследования трагедии, члены некоей городской комиссии (ее состав и точное название никто из участников событий 1989 года не может вспомнить), признав факт наличия в Кировском районе массового захоронения, постановили свернуть раскопки и приступить к разработке мероприятий по перезахоронению.
— Формально раскопки запретила санстанция — говорит Владислав Устенко, один из лидеров «археологической» группы 1989 г. — Вначале власти нашу работу не приветствовали, а после публикации о ней в «Правде» («Там, где решили строить гаражи…») начали как будто содействовать. Под конец нас работало уже трое — кроме меня, Коля Курбатов и пожилой человек Семен Гипмонович, фамилию не помню (ветеран войны, который о нас услышал и присоединился). Под тяжелым слоем глины там были сохранившиеся мягкие ткани — то есть, надо было уже на другом, профессиональном, уровне продолжать работу, на одном энтузиазме это было уже бесперспективно.
— Относительно главной причины «свертывания» раскопок в нашей студенческой среде укрепилось мнение, что кто-то хочет прекратить дальнейшее расследование самых «болезненных» проблем Рутченково — тему военнослужащих и тему учащихся ФЗУ. — говорит Дмитрий Вировец. — По-видимому, уничтоженных спец частями НКВД. «Раскручивать» эти грязные дела сталинизма кому-то очень не хотелось. СССР, КГБ и КПСС в 1989 году были еще очень сильны, а палачи спокойно доживали на «заслуженной» пенсии.

Рутченково поле - расстрельный полигон НКВД в Донецке

В 1989 году на месте страшной находки установили памятный камень. 16 сентября того же года состоялся траурный митинг и перезахоронение останков более 500 жертв – тех, кого успели выкопать из первого рва.
Городские власти обещали поспособствовать поставить памятник… и в срочном порядке начали достраивать автомобильный кооператив, засыпая и бетонируя места раскопок. По их инициативе был воздвигнут мощный бетонный забор между гаражами и остальной частью поля, где было обнаружено основное количество человеческих останков.
Средства на памятник городской совет Донецка собрал лишь к 2005 году. Тогда памятник и создали, и открыли (авторы – архитектор В. Бучек и скульптор А. Порожнюк). По словам Марии Олийник, изначально памятник планировали назвать «Жертвам фашистских захватчиков», но под давлением общественности переименовали – «Жертвам политических репрессий».