Попала под лошадь. Или не попала

Я уже совсем освоился на своей новой работе и в то утро, как обычно прибыл в бюро к 8:00, обсудил свежие новости с коллегами за чашкой чая в комнате отдыха, и пошел принимать работу у ночного. Эта ночь была спокойной, и нас ждало всего два тела. Один из них – Бичара, которого нашли под мостом. Запах был соответствующий, но главное его достоинство – борода. Огромная, седая, пышная! Как у настоящего старовера. Как чуть позже выяснится на столе, помер он от переохлаждения на фоне алкогольного опьянения. Пятна вишневского и 3,5 промилле алкоголя, которые выявила лаборатория, лишь подтвердили предварительный диагноз. Но пост не о нем. В холодильнике на полу лежало еще одно тело. Женщина. 47 лет. ОЧМТ. Голова была заботливо обернута санитарами какой-то тряпкой т.к. проломленный череп активно терял свое содержимое прям нам на пол. Решено было начать рабочий день именно с нее. К тому же нам позвонили и сказали, что к обеду привезут еще двоих криминальных. Так что БОМЖик пока ожидал своего часа в холодильнике, а мы начали работу с женщиной.
Закинул я тело на каталку и повез в секционку. Там уже ждал нас эксперт и девочка-лаборант.
Как мы узнали из протокола осмотра места происшествия, женщина вечером пошла покормить скотину в сарай, где получила конским копытом в живот и голову. От удала отлетела и упала затылком на металлический штифт – деталь от телеги, которая крепит какое-то соединение. (Деталь эта также была доставлена следователем для проведения сравнительной экспертизы к нам в бюро). Часа через 2-3 в сарае ее нашел муж. Обратил внимание, что жены долго нет и пошел посмотреть, где она. Обнаружил лежащей на полу. Вызвал милицию и скорую. Те констатировали смерть. Вот собственно и вся предыстория.

Итак вскрытие.
Эксперт начал описывать одежду, вес, рост(примерно) и другие характеристики, которые обычно диктуют до начала основного этапа вскрытия.
Я не помню дословно, что там было надиктовано, но суть примерно следующая. Женщина. 47 лет, выглядит на свой возраст, длина тела – столько-то, удовлетворительного питания, одето в то-то и то-то и т.д. Я разрезаю одежду и нас встречает хорошая такая гематома на животе. Эксперт описывает ее цвет, размер и положение. Переходит к голове. Описывает повреждения. На голове два повреждения. На лбу – отчетливый след подковы. Кровоподтеки, повреждение мягких тканей. Кости при поверхностном осмотре целы. И на затылке – ОЧМТ. Описаны были какие кости и как повреждены. Если простыми словами – дырка, около 2 см в диаметре.
В таких случаях я не трогаю голову, пока эксперт не закончит поверхностные осмотры. Мы положили тело на живот и эксперт осмотрел затылочное(смертельное, как выяснится в итоге) повреждение. Сравнил со штифтом из пакета и сделал вывод, что пока все сходится.
Переворачиваем. Осматривает повреждение на лбу и явно чем-то недоволен. Начал цокать и недовольно сопеть. Долго он возился со лбом. И недовольный перешел к животу. И тут его сопение даже привлекло внимание лаборанта, которая даже повернулась посмотреть, что же там происходит. Эксперт кинул инструмент на стол и зашагал к двери.
– Перерыв. – скомандовал он и вышел.
Я посмотрел на повреждения – что его там не устраивает, хз… Вот синяк на животе от одного копыта, а вот на лбу от другого. То, что на лбу пробита кожа – вполне естественно для меня. Кто в детстве не разбивал лоб… Я не понимал, что происходит.
Вернулся в секционку он уже не один, а с коллегой. И из их разговора я начал понимать, что не так.
Если по-простому, им не нравился синяк на животе. Не похож он был на удар копытом, ну а травма головы, хоть и явно была нанесена подковой, но ее характер вызывал сомнения.
Вскрытие решено было приостановить до общения со следователем.

Я не знаю, что там были за качели с органами, но к обеду я получил команду привезти тело на вскрытие. Сказано – сделано. И уже без лишних слов мы сделали свою работу. На мозге, кстати были явные повреждения, повлекшие быструю смерть. Это и многое другое написали в справке и в акте.
Как я потом узнал, эксперт описал все в акте так, как считал нужным. Там не было конкретики про удар копытом и про характер повреждений. Там все было написано так, как надо в таких случаях.
К слову, когда тело с повреждениями направляется на исследование, следователь ставит вопрос для эксперта. А эксперт по-возможности отвечает на него. Виновность или невиновность определяет следствие и суд. Эксперт лишь дает следствию ответы на те вопросы, которые его интересуют.
На том и порешили. Тело выдали родне и на пару недель забываем об этом.

И вот однажды сидим, пьем чаек в комнате отдыха, и эксперт рассказывает, что завтра привезут ударенную копытом. Мол там поменялся следователь и дело вновь открыто. Была назначена независимая экспертиза, и после изучения акта этими самыми независимыми экспертами, есть основания для эксгумации и повторной экспертизы.
Короче, вот в чем дело. На похороны приехала родня этой женщины, ну и в селе наслушались, что сожитель бил покойную. Часто она почти голая(в чем успевала выскочить из дома) ночевала по соседям и т.п. Начали качать следствие, подняли дело, а там вообще нет показаний соседей, нет опроса ближайшего окружения, короче молодой мент решил все быстренько закрыть, чтоб не марать себе статистику и не работать, как следует. А мент этот был не простой, а чей-то ставленник. Его отправили в район, чтоб там быстренько продвинуть по службе и вернуть в город уже в звании и с хорошим послужным списком. Но мент этот нарвался на дотошных родственников и был вынужден отдать дело, которое и было благополучно продолжено. Главный подозреваемый – гражданский муж покойной.

И вот в комнате вонища, а на столе эксгумированное тело. Для экспертизы приехали еще двое экспертов. Один из другого бюро, а второй из далека был привезен родственниками, как независимый. Обстановка была торжественная что-ли… Столько умов в комнате, и важная задача перед ними.
Все были ознакомлены с актом и сделали вывод, что описание исчерпывающее и соответствует тому, что есть. Также нашли и ту часть, где написано, что без дополнительных экспертиз нельзя точно установить характер и условия в которых нанесли повреждения. Эту рекомендацию следствие тоже благополучно проигнорировало.
И вот пошла работа. Для экспертизы были переданы образец подковы и тот самый штифт. Как в в первый раз, ни у кого не возникло сомнения в том, что именно этот штифт воткнулся в голову и повлек за собой смерть, а вот с копытом на лбу было не все так четко. Повозились, поковырялись и загудели, как пчелы. Ко лбу крепили нити и определили угол наклона. Брали подкову и совмещали с раной. Выстраивали схему и направление удара. Так они возились-возились и в итоге начали надиктовывать акт лаборанту. И тут нам все стало понятно. Удар был нанесен на снизу вверх, как бьет лошадь, а почти перпендикулярно лбу с небольшим смещение в сторону. Т.е. били либо сбоку с размаху. Траектория движения – параллельно полу. Либо сверху вниз из-за головы, при условии, что тело находилось в горизонтальном положении на спине. Тогда траектория удара – ниспадающая дуга перпендикулярная полу. Да и само повреждение вызывало сомнения в прижизненности травмы. Сошлись во мнении, что скорее травма посмертная, нанесенная непосредственно после смерти, чем прижизненная. С головой вроде разобрались.
Начали осматривать живот. За время, проведенное в могиле синяк стал еще более контрастный. Началась дискуссия, зашуршали книги и атласы с изображениями повреждений и т.п., и один из экспертов выходит из секционной и идет в холодильник. Возвращается с ботинком(снял с какого-то трупа), начинает его прикладывать и живо обсуждать результат сравнения. Мне уже все было понятно! Синяк – результат удара ногой в обуви в живот. Эксперты долго совещались, как именно все правильно описать, и вот лаборант застучал под диктовку акт. Готово!
В комнате витала атмосфера успеха. Доктора шумно обсуждали дело и обменивались мнениями. Когда они разошлись, я подошел к телу, чтоб привести его в порядок. Шов на животе был распущен в районе гематомы и его вновь нужно было зашить, да и кожа на голове в районе удара была отделена от черепа. Все это нужно было поправить.
Я смотрел на повреждения и не мог поверить глазам. Ну явно же видно, что подкова. И форма выемки как раз там, где должна быть, если бы ударила лошадь. А вон она как оказалось…
Итог.

Естественно, это дело наделало много шума у нас в бюро и мы все следили за его ходом, и когда к нам приехал тот следователь, что вел дело, мы дружно обступили его кружком и ждали подробностей.
Он рассказал, что получив уточненный акт и показания соседей, надавили на вдовца, и тот раскололся. Кстати бил жену он давно, грамотно и умело. Без повреждений костей и обильных видимых следов.
А в тот вечер повздорил с супругой в сарае и навалил ей с ноги в живот. Та упала и наткнулась головой на какую-то железяку. Да-да, тот самый штифт от телеги. Мужик оказался хладнокровным и расчетливым. Он смекнул, как можно все замутить. Взял подкову со стены, прибил ее к толстой палке, стал так, чтоб форма подковы соответствовала нужному положению, и с размаху ебанул в мертвый лоб своей второй половинки. На лбу сразу появилась рана в виде подковы. Подставив невинное животное, мужик выждал 2,5 часа и только потом позвонил в скорую и полицию.
Именно поэтому рана имела вид, как полученная после смерти, а не при жизни. Сердце в момент удара уже не билось. Это и заметил эксперт еще на первом этапе, о чем написал в акте.
Железные нервы у мужика, не правда ли? После убийства жены и заметания следов, выжидать более 2-х часов, чтоб вся история имела реальный вид, и только потом позвонить в скорую. На исход это никак не повлияло бы. Женщина умерла почти мгновенно.
А дальше вы уже знаете.
Через пол года от другого следователя я узнал, что мужик отправился в тюрьму, а дочь покойной принесла здоровенный торт следователю, который раскрутил дело.
Что было с тем ментом, который изначально закрыл дело, я не знаю.